Главная » 2014 » Декабрь » 23 » Поворотный пункт
13:41
Поворотный пункт
Когда должен подняться занавес? Когда он поднимается, ау­дитория хочет как можно быстрее узнать, что за люди на сцене, чего они хотят, почему они здесь оказались, каковы отношения между ними. Но в некоторых пьесах герои болтают ужасно долго, прежде чем мы поймем, кто они такие и чего хотят.
В «Георгии и Маргарите», посредственной пьесе 30-х годов, автор тратит 40 страниц на знакомство с семьей. Только на 46 странице мы встречаем намек на то, что одного из сыновей виде­ли входящим в комнату прислуги, затем эту тему оставляют. Се­мейная жизнь движется по накатанной колее. Все немного трону­тые, никому нет дела до других. И наконец на 82-й странице оп­ределенно говорится, что один из сыновей был в комнате горничной. Ничего серьезного, понимаете ли, – обычная интрижка. Хотя характеры хорошо выписаны – нечто вроде рисунка углем – мы не понимаем, что они делают на сцене, к чему стремятся? Пьеса оказывается просто тщательно написанным портретом семьи на от­дыхе. Изображать автор умеет, но чувство композиции у него отсутствует напрочь.
Незачем писать о человеке, который не знает, чего он хо­чет или хочет чего-то, но вполсилы. Даже если человек знает, чего хочет, но лишен внутренней или внешней необходимости достичь желаемого НЕМЕДЛЕННО, то он в пьесе будет только ме­шать.
Что заставляет героя начать череду событий, которые или вознесут или погубят его? Ответ один: НЕОБХОДИМОСТЬ. Что-то должно быть поставлено на карту, что-то безусловно важное. Если у вас есть один или несколько героев такого рода, ваш поворотный пункт обязательно будет хорош.
Пьеса должна начаться точно в тот момент, когда конфликт приведет к кризису.
Пьеса должна начаться в момент, когда жизнь по крайней мере одного героя достигла переломной точки.
Пьеса должна начаться с решения, которое предопределит конфликт.
Хороший поворотный пункт – это когда что-то жизненно важ­ное поставлено на карту в самом начале пьесы.
Начало «Царя Эдипа» – это решение Эдипа найти убийцу. В «Гедде Габлер» презрение Гедды к мужу – это хороший старт. Она так упорна в своем презрении, что она поднимается до решения быть недовольной всем, что бедняга делает. Зная характер Тесмана, мы интересуемся: сколько же он будет терпеть такое обращение. Сделает ли его послушным любовь к жене или он восстанет?
В «Антонии и Клеопатре» мы слышим, как солдаты Антония недовольны властью, которую Клеопатра забрала над их господи­ном, т. е. мы сразу видим конфликт между его любовью и его обя­занностями как руководителя. Они встретились на вершине его карьеры, оказалось, что это была переломная точка его карьеры. Он был обвинителем Клеопатры за ее поведение в войне с Брутом – но полюбил ее, пойдя тем самым против своих интересов, и интересов Рима.
В каждой хорошей пьесе занавес поднимается, когда хотя бы один герой достиг поворотного пункта своей жизни.
В «Макбете» военачальник слышит пророчество, что он ста­нет королем. Оно терзает его душу, пока он не убивает законно­го короля. Пьеса начинается, когда у Макбета просыпается жела­ние стать королем. (Поворотный пункт).
«Только раз в жизни» Кауфмана и Харта начинается, когда главные герои решают оставить прежние занятия и отправиться в Голливуд. (Это поворотный пункт, потому что их сбережения под угрозой) .
«Хороните мертвых» начинается, когда шесть мертвых солдат ре­шают не дать себя похоронить. (Поворотный пункт – на карту поставлено счастье человечества).
«Уборка комнат» Бореца и Мюррея начинается, когда хозяин отеля решает, что его зять должен оплатить счета театральной компании. (Поворотный пункт – его работа под угрозой).
«Они не умрут» Вексли начинается, когда шериф уговаривает двух девиц, что они должны обвинить парней из Скотсборо в из­насиловании. Девицы решаются на ужасную ложь, чтобы избежать заключения за разные провинности. (Поворотный пункт – на карту поставлена их свобода).
«Лилиом» Мольнара начинается, когда герой идет против своих хозяев и сходится со служаночкой. (Поворотный пункт – его работа под угрозой).
«Трагедия человека» Мадаха начинается, когда Адам наруша­ет свое обещание Господу и вкушает от запретного плода (Поворотный пункт – его счастье под угрозой).
«Фауст» Гете начинается, когда Фауст продает душу Мефистофелю. (Поворотный пункт – его душа в опасности).
«Караульный» Мольнара начинается, когда актер, влекомый ревностью, решает проверить верность своей жены, переодевшись караульным. (Поворотный пункт – это пункт, в котором герой должен принять ответственное решение).
ВОПРОС: Что такое ответственное решение?
ОТВЕТ: То, которое вызывает перелом в жизни героя.
ВОПРОС: Но есть ведь пьесы, которые начинаются иначе у Шиллера, например.
ОТВЕТ: Правильно. Мы говорили о пьесах, в которых движе­ние покрывает все пространство между двумя полюсами – между любовью и ненавистью, скажем. Между этими двумя полюсами много шагов. Вы вправе использовать только один, два или три шага в этом большом движении, но даже и тогда вам нужно иметь реше­ние, с которого можно было бы начать. Но в этом случае решение или подготовка не могут быть такими же стремительными, как при большом движении, которое охватывает, например, двадцать ша­гов. Загляните в главу о переходе и увидите, что перед решени­ем бывают сомнения, надежды, колебания и т. д. Если вы хотите написать пьесу вокруг перехода, используя это канунное состоя­ние души, вы должны развернуть эту подготовку к решению, уве­личить ее настолько, чтобы она стала видна и понятна аудито­рии. Но для такой пьесы необходимо превосходное знание челове­ческой натуры.
ВОПРОС: Написать ли мне такую пьесу?
ОТВЕТ: Ты сам должен оценить свою силу, свою способность справиться с проблемой.
ВОПРОС: Иными словами, ты мне не советуешь?
ОТВЕТ: Но и не отговариваю. Мое дело – рассказать тебе, как писать или оценивать пьесу. А тему ты выбирай уже сам.
ВОПРОС: Довольно-таки честно. Можно ли написать пьесу, которая была бы комбинацией подготовительного типа и типа немедленного решения?
ОТВЕТ: В великих пьесах есть какие угодно комбинации.
ВОПРОС: Давайте.проверим, правильно ли я понял. Мы должны начинать пьесу в момент решения, потому что в этот момент начинается конфликт, и у героев есть шанс раскрыть себя и посылку.
ОТВЕТ: Верно.
ВОПРОС: Поворотный пункт – это пункт решения или подго­товки к нему?
ОТВЕТ: Да.
ВОПРОС: Хорошая оркестровка и единство противоположностей обеспечивают конфликт. Поворотный пункт начинает конфликт. Верно?
ОТВЕТ: Да. Продолжай.
ВОПРОС: Считаешь ли ты, что конфликт – это самая важная часть пьесы?
ОТВЕТ: Я думаю, что характер не может раскрытъся без конф­ликта и что конфликт ничего не значит без характеров. В «Отелло» уже в самом выборе характеров наличествует конфликт. Мавр хочет жениться на дочери дожа, но Шекспиру не нужно представлятъ своих героев, как это делает Шервуд в «Идиотском восторге». Кто такие Отелло и Дездемона мы узнаем из их поведения. Их диалоги раскроют нам их происхождение и характеры. Поэтому Шекспир начинает с Яго, из чьего характера произрастает конф­ликт. В одной короткой сцене мы узнаем, что он ненавидит Отел­ло, мы узнаем, каково положение Отелло, и что Отелло и Дезде­мона бежали. Иными словам, мы начинаем со знания о великой любви между Отелло и Дездемоной, с указания на препятствия, с которыми встретилась их любовь, и с понимания замысла Яго раз­рушить счастье и положение Отелло. Если человек просто намере­вается убить, он не особенно интересен. Но если он устраивает заговор или в одиночку решается на убийство, то пьеса нача­лась. Если человек говорит женщине о своей любви, то эти раз­говоры могут продолжаться годами. Но если он говорит ей: «Да­вай убежим», это может быть началом пьесы. Уже одно это предложение говорит о многом. Почему им надо бежать? Если она от­вечает: «А как же твоя жена?» то у нас есть ключ к ситуации. Если у этого человека есть воля, чтобы выполнить решение, то конфликт отразит любое сделанное им движение.
ВОПРОС: Почему Ибсен не начал свою пьесу, когда Нора была встревожена болезнью Хельмера и искала помощи? Ведь это был серьезный конфликт, когда она решилась подделать подпись.
ОТВЕТ: Верно. Но этот конфликт совершался внутри нее. Он был невидим. Не было антагониста.
ВОПРОС: Нет, был. Хельмер и Крогстад.
ОТВЕТ: Крогстад как раз больше всего хотел одолжить ей денег, потому что знал о подделке подписи. Он хотел, чтобы Хельмер был в его власти, и поэтому не чинил Норе препятствий. А Хельмер – это причина подделки, а не препятствие. Единствен­ное, чем он был в то время занят – это болезнь, которая и под­вигла Нору на подделку, но ибсеновский выбор поворотного пунк­та все равно неудачен. Ему нужно было начать пьесу, когда Крогстад стал нетерпелив и потребовал возврата долга. Это дав­ление на Нору раскрыло бы ее характер и ускорило бы конфликт. Пьеса должна начинаться с первой произнесенной фразы. Герои раскроются по ходу конфликта. Это плохая драматургия, когда сначала излагаются исходные данные, описывается обстановка, создается атмосфера, а потом уже начнется конфликт. При любой посылке и облике персонажей, первая же произнесенная фраза должна начать конфликт и неотвратимое движение к доказательст­ву посылки.
ВОПРОС: Как ты знаешь, я пишу одноактную пьесу. У меня есть посылка, характеры обрисованы и оркестрованы. Есть план, но все равно что-то не так. В пьесе нет напряжения.
ОТВЕТ: Что за посылка?
ВОПРОС: Отчаянье ведет к победе.
ОТВЕТ: Расскажите план.
ВОПРОС: Юный студент, весьма робкий, безумно влюблен в дочь юриста. Она его любит, но отца тоже уважает. Она дает юноше понять, что если он не понравится отцу, она за него не выйдет. Юнец встречается с отцом – большим насмешником, кото­рый издевается над беднягой.
ОТВЕТ: И что потом?
ВОПРОС: Девица жалеет юнца и заявляет, что выйдет за него все равно.
ОТВЕТ: А каков поворотный пункт?
ВОПРОС: Девица убеждает юнца пойти к ней домой для встре­чи с родителем. Юнец против того, чтобы вмешивались родители.
ОТВЕТ: Что поставлено на карту?
ВОПРОС: Девица, конечно.
ОТВЕТ: Неверно. Если она ставит свое замужество в зависи­мость от одобрения отца, значит она любит не сильно.
ВОПРОС: Но это же переломная точка в их жизни.
ОТВЕТ: Почему?
ВОПРОС: Если папаша заартачится, они расстанутся, и их счастье будет под угрозой.
ОТВЕТ: Я не верю. Она нерешительна и поэтому не может быть причиной развивающегося конфликта.
ВОПРОС: Но это развивающийся конфликт. Юнец отказывается идти туда...
ОТВЕТ: Погодите, если я правильно помню, ваша посылка: «Отчаянье ведет к победе». Как вам известно, посылка – это план пьесы в свернутом виде. Напряжения нет, потому что вы за­были вашу посылку. Посылка говорит одно, а план – другое. В посылке чья-то жизнь поставлена на карту, а в плане этого нет. Почему бы не начать пьесу у девицы дома, когда юнец ждет при­хода папаши. Он в отчаянье и напоминает девице, в чем он ей поклялся перед поднятием занавеса.
ВОПРОС: А в чем он поклялся?
ОТВЕТ: Что покончит с собой, если отец его не одобрит, и что его смерть будет на ее совести.
ВОПРОС: А что потом?
ОТВЕТ: Следуйте своему плану. Отец – страшный остряк и устраивает юнцу допрос третьей степени. Мы знаем, что мальчик в таком отчаянии, что покончит с собой, если потерпит неудачу. Его жизнь поставлена на карту и значит это – переломная точка. Все, что говорится папашей или юнцом, становится жизненно важным. Кроме того, поскольку юнец борется за свою жизнь, он мо­жет действовать непредсказуемо. Его робость может испариться перед лицом опасности, он перейдет в атаку и посрамит родите­ля. Девица поражена, перестает считаться с отцом.
ВОПРОС: Но разве он не может сделать это без угрозы по­кончить с жизнью?
ОТВЕТ: Может, но если я правильно помню, ты жаловался на нехватку напряжения.
ВОПРОС: Верно.
ОТВЕТ: А не было напряжения потому, что ничто важное не было поставлено на карту. Поворотный пункт был выбран непра­вильно. В таком положении находятся тысячи парней. Одни быстро забывают о своем увлечении, другие делают вид, что подчинились родителям, и встречаются тайком. В любом случае ничто серьез­ное не под угрозой. О таких людях еще рано писать пьесу. А ва­ши любовники, напротив, очень серьезны. Мальчик по крайней ме­ре достиг переломного момента в своей жизни, он все поставил на карту, о нем стоит писать.
Даже если посылка хороша и хорошо оркестрована, без пра­вильного поворотного пункта пьеса будет вяловата, она будет вялой, потому что в начале ничто важное не поставлено на карту.
Вы конечно слышали старую поговорку: у каждой истории должно быть начало, середина и конец. Если у писателя хватит наивности принять этот совет всерьез, он попадет в беду. Если верно, что у каждой истории должно быть начало, тогда каждая история должна начинаться с зачатия героев и кончаться их смертью. Вы можете возразить, что это слишком буквальное пони­мание Аристотеля. Может быть, но многие пьесы не удались имен­но потому, что их авторы послушались этого указания.
«Гамлет» начался не с поднятия занавеса, а задолго до этого. Убийство уже было совершено, и дух убитого возвращается требовать справедливости. Таким образом, пьеса начинается не с начала, а с середины, уже после того, как было совершено гнусное убийство.
Можно возразить, сказав, что Аристотель имел в виду, что даже у «середины» должны быть начало и конец. Может быть, но тогда ему следовало выражаться яснее.
«Кукольный дом» начинается не с болезни Хельмера, не с попыток Норы достать денег, не с подделки векселя, не с выздо­ровления Хельмера, не во время долгих нориных стараний выпла­тить долг. Пьеса начинается с того, что Крогстад узнает о наз­начении Хельмера управляющим банка. Тогда Крогстад начинает шантаж – и пьесу.
«Ромео и Джульетта» начались не с возникновения вражды семейств, не с того момента, когда Ромео полюбил Розалинду, но когда Ромео, презрев смерть, пришел в дом к Капулетти и увидел Джульетту.
«Привидения» начались не с ухода фру Альвинг от мужа, когда она предложила себя Мандерсу и молила его о помощи. Не с беременности регининой матери от капитана Альвинга. Не со смерти капитана. Пьеса началась, когда Освальд, сломленный ду­шевно и телесно, вернулся домой, и дух отца снова принялся преследовать семью.
Автор должен найти героя, который хочет чего-то так отча­янно, что больше не может ждать. Его нужды неотложны. И счи­тайте, что пьеса уже у вас в руках, если вы можете сказать, ПОЧЕМУ этот человек немедленно должен что-то сделать. А моти­вировка должна вырастать из того, что произошло ДО начала по­вествования. Повествование потому только и возможно, что оно вырастает из случившегося прежде.
Итак, ваш рассказ обязательно должен начаться с середины, и ни в коем случае – с начала.
Категория: Искусство драматургии | Просмотров: 648 | Добавил: kursanty | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]